Моральный вред сша

Помощь по теме: "Моральный вред сша" с полным описанием проблематики и решением. Ели у вас есть вопросы, то обратитесь к дежурному консультанту.

Синхронный анализ морального вреда в законодательстве зарубежных стран

Рубрика: Гражданское право и процесс

Дата публикации: 17.04.2017

Статья просмотрена: 710 раз

Библиографическое описание:

Хуснутдинова С. А. Синхронный анализ морального вреда в законодательстве зарубежных стран // Новый юридический вестник. — 2017. — №1. — С. 61-63. — URL https://moluch.ru/th/9/archive/66/2373/ (дата обращения: 07.02.2020).

В данной статье проводится сравнительно-правовой анализ морального вреда в законодательстве зарубежных стран и России.

Ключевые слова: моральный вред, компенсация вреда, психический вред, нервный шок, обыкновенный шок, потерпевший, денежная компенсация

В отличии от Российского законодательства, где компенсация морального вреда продолжает развиваться, в зарубежных государствах уже накоплена богатая практика применения данного института. В наибольшей степени это проявляется в англосаксонской системе права, применяемой в Англии, США и других странах.

Понятие «моральный вред» в российском праве соответствует аналогичным правовым институтам в иностранном законодательстве, несмотря на это, подобная терминология нигде более не применяется. В Англии и США используется термин «психический вред», который соответствует моральному вреду в России.

Психический вред в англосаксонском праве определяется также и как «психиатрический вред», «психический вред», «нервный шок, нервное потрясение», «обыкновенный шок, обыкновенное потрясение»

В США существуют некоторые особенности компенсации психического вреда. Их законодательство предусматривает денежную компенсацию за намеренное или неосторожное причинение сильного эмоционального беспокойства другому лицу. Если психический вред причинен по неосторожности и сопряжен с тяжелыми повреждениями, то он подлежит возмещению.

Однако, если неосторожное причинение вреда влечет потерпевшему только нравственные страдания, моральный вред, как правило, не подлежит компенсации.

В отличии от российского законодательства, англосаксонская система права устанавливает существенно разные основания ответственности в зависимости от причинения вреда в форме умысла или неосторожности. Дифференцируется правовая цель возмещения причиненного вреда. Цель имеет компенсационный характер при причинении вреда по неосторожности и штрафной характер в случае умышленного причинения вреда. В России указанные различия проявляются в нормах ст.151 и 1101 Гражданского кодекса РФ, учитывающие степень вины причинителя вреда при определении размера компенсации.

В судебной практике американские суды расширяют понятие физического воздействия на потерпевшего, включая не только телесное повреждение, но и одежду потерпевшего, предмет в его руке, машину, в которой он сидел, дом. Под физическим воздействием понимают также воздействие пыли, дыма, взрыва газа и так далее. Так, при нападении для компенсации психического вреда не требуется доказывания физического контакта (нанесения побоев). То есть потерпевший помимо требования о защите нарушенного права, может требовать компенсации за эмоциональное беспокойство, вызванное правонарушением.

В романо-германском праве компенсация морального вреда носит название «Schmerzensgeld» — денежная компенсация за страдания.

Основаниями ответственности за причинение страданий согласно Германскому гражданскому уложению являются: наличие страданий, причиненных умалением личных неимущественных благ; противоправность деяния причинителя вреда; наличие причинной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями в виде страданий; вина причинителя.

Сформировавшаяся в Германии судебная практика свидетельствует о том, что при исчислении морального вреда учитываются суммы компенсации, определенные ранее вынесенными решениями судов по аналогичным правонарушениям. То есть в отличии от Англии и США в отношении размера компенсации за страдания в Германии применяется принцип прецедента.

Следует добавить, что в законодательстве многих западных стран установлена ответственность за диффамацию — распространение порочащих сведений, независимо от их соответствия с реальными фактами. В России такая ответственность не установлена, так как под диффамацией в российской доктрине понимается распространение порочащих сведений, только соответствующих действительности.

Исходя из всего вышесказанного, институт компенсации морального вреда в законодательстве и судебной практике зарубежных стран существует и применяется сравнительно давно, в отличии от России. Так, в англосаксонской правовой системе уже достаточно накоплена практика применения аналогичных институтов права, поскольку является крупнейшей колониальной державой.

  1. Эрделевский, А. М. Компенсация морального вреда в России и за рубежом.— М.: Изд. группа ФОРУМ —ИНФРА-М, 1997.— 240 с.
  2. Абрамова Е. Н., Сергеев А. П., Толстой Ю. К., Аверченко Н. Н., Байгушева Ю. В. Под ред. Сергеева А. П. Гражданское право. В 3-х томах. Т.1 — М.: Велби. РГ-Пресс. 2010. — 1008 с.
  3. Беляцкин С. А. Возмещение морального вреда. — М. 1996. — 267 с.
  4. Марченко М. Н., Дерябина Е. М. Теория государства и права: учебник для бакалавров. — М: М30 Проспект. 2013. — 432 с.
  5. Сычев П. Г. Взаимодействие гражданской и уголовной юстиции: проблематика гражданского иска в уголовном деле // Закон. 2014. № 10. С.87–90.

Источник: http://moluch.ru/th/9/archive/66/2373/

Проблемы возмещения морального вреда в Российской Федерации

Дата публикации: 22.01.2018 2018-01-22

Статья просмотрена: 1327 раз

Библиографическое описание:

Маросина В. В. Проблемы возмещения морального вреда в Российской Федерации // Молодой ученый. — 2018. — №4. — С. 149-151. — URL https://moluch.ru/archive/190/47971/ (дата обращения: 07.02.2020).

Сегодня можно говорить о том, что в судебной системе нет точного направления в определении сумм по моральному вреду. Возможно, именно отсутствия знаний в области психологии влияет на объективность решений. Так же отсутствует четкая законодательная опора с рекомендательной информацией, на которую могли бы опираться суды, для оценки душевных страданий человека.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Также должна учитываться степень физических и нравственных страданий, связанные с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Неоднозначен должен быть подход и при учете судом социального положения лица, требующего компенсации морального вреда в связи с причинением ему нравственных и физических страданий. На взгляд автора, размер компенсационных выплат должен быть дифференцированным в зависимости от способа причинения вреда. Если моральный вред причинен в результате распространения не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию лица, то социальное положение потерпевшего может быть учтено. Связано это с тем, что занятие определенной ступени в социальной иерархии предполагает придание большей значимости социальной оценке субъекта (его деятельности), что, в свою очередь, предполагает и наличие больших страданий при умалении ее. Если же моральный вред причинен в результате иных действий (например, причинения физического вреда), то подход здесь аналогичен учету материального положения, то есть на размер компенсации социальное положение не влияет. [1, c.172]

Читайте так же:  Жалоба в президиум арбитражного суда

Однако, что касается имущественного положения потерпевшего, то ГК РФ не прописывает какого-либо размера компенсации в зависимости от этого обстоятельства. Хотя нужно отметить, что имущественное положение имеет большое значение с точки зрения компенсации возмещения морального вреда (т. е. максимальное урегулирование перенесенных потерпевшим страданий). В связи с этим некоторые нужно говорить о том, что необходимо учитывать материальное положение лица, которому такой вред причинен.

В настоящее время очень актуален вопрос, который до сих пор не решенный не только в российском законодательстве, теории гражданского права, но и в судебной практике, и касается он возможности взыскания юридическим лицом компенсации морального вреда, причиненного распространению недействительных сведений, в том числе и через средства массовой информации, что ставит под сомнения положительную деловую репутацию организации и является угрозой для успешной деятельности.

А. М. Эрделевский указывает, что родовое понятие «диффамация» охватывает собой любое распространение порочащих сведений, и в зависимости от соответствия распространяемых сведений действительности и субъективного отношения распространителя к своим действиям выделяет следующие виды диффамации [2, с.11]:

1) распространение заведомо ложных порочащих сведений — умышленная недостоверная диффамация, или клевета. В соответствии с российским законодательством только данный вид диффамации влечет уголовную ответственность;

2) неумышленное распространение ложных порочащих сведений — неумышленная недостоверная диффамация. Гражданско-правовой способ защиты чести, достоинства и деловой репутации от недостоверной диффамации определен в ст.152 ГК РФ;

3) распространение правдивых порочащих сведений — достоверная диффамация. Этот вид диффамации также может быть неумышленным и умышленным. По общему правилу такая диффамация не влечет за собой ответственности.

Если рассматривать вопрос о судебной защите в рамках диффамации, то необходимо затронуть такое явление как «репутационный вред», вошедшее в судебную практику по делам о защите деловой репутации юридических лиц и являющееся распространенным правовым явлением. Как правило, под данным вредом понимается нематериальный вред, т. е. неблагоприятные последствия нематериального характера, которые не поддаются точному исчислению, а также в большинстве случаев приводят или могут привести к убыткам, представляющих собой материальное выражение. Иными словами, репутационный вред — это такие последствия правонарушения, которые не имеют стоимостной формы, независимо от наличия физических и нравственных страданий, присущих исключительно физическому лицу.

Хотелось бы обратить внимание на один очень важный момент, который касается вопроса судебной защиты в связи с диффамацией. Зачастую на практике, стали возникать ситуации, когда сумма «репутационного» вреда очень завышена и суммы указанного вреда достигают даже сотни миллионов, но и ко всему прочему, вместе с юридическим лицом или отдельно от него, требования в защиту деловой репутации иногда заявляет руководящее лицо организации, о которой распространены оспариваемые сведения, участники, либо даже учредитель.

Из этого можно сделать вывод, что само изменение размера, запрашиваемой компенсации в процессе судопроизводства по делу не движется в сторону увеличения или уменьшения размера исковых требований, кроме того, если суд определил размер компенсации в большем размере, чем требует истец, то это не является основанием того, что судья вышел за пределы исковых требований. Государственная пошлина рассчитывается, исходя из правил Налогового кодекса, и никак не является процентной ставкой от суммы, запрашиваемой истцом в качестве моральной компенсации.

Гражданское законодательство прописывает общее условие, которое заключается в том, что моральный вред возмещается на точно таких же основаниях, что и ответственность за причинение имущественного вреда. Поэтому в настоящее время независимо от степени и тяжести вины возмещается моральный вред, если он причинен в результате диффамации. Он компенсируется исключительно в денежном эквиваленте, и определение его размера зависит от степени вины, физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего, и иных заслуживающих внимания обстоятельств. При этом потерпевший вправе самостоятельно оценить тяжесть причиненного ему морального вреда и в иске произвольно указать определенную сумму, а суд должен принять во внимание степень и тяжесть вины правонарушителя, нарушенного социального положения стороны истца.

С определением размера компенсации морального вреда возникает проблема, касающаяся распространения не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинство и т. д. В этом случае необходимо на законодательном уровне закрепить принцип, в соответствии с которым возмещение неимущественного ущерба возможно, если лицо докажет:

1) ложность распространенного утверждения;

2) факт, что средство массовой информации знало о несоответствии действительности информации или прибегло к проверке ее истинности

3) действия газеты или другого органа, распространяющего информацию, имели умысел на унижение чести и достоинства этого должностного лица.

Российскому законодательному органу в этом вопросе необходимо четко определить критерии, по которым будет происходить возмещения морального вреда и ответственность за распространение порочащих лицо сведений, а также необходимо установить более четкий порядок взыскания компенсации за причинение морального вреда.

При рассмотрении данного вопроса целесообразно привести примеры, свидетельствующие о необходимости законодательного закрепления критериев определения размера компенсации морального вреда. Автором изучены дела о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и (или) незаконным уголовным преследованием, за 2013–2016 гг. Проведение полного и объективного анализа данной категории дел в части размера компенсации морального вреда значительно усложняется общепринятой практикой закрытия данных о суммах взысканной компенсации морального вреда. Тем не менее в отдельных случаях решения суда содержат информацию о размере требуемой и присужденной компенсации морального вреда. [3, с.75]:

На сегодня Россия, в отличие от европейских стран имеет не такую богатую историю института компенсации морального вреда. В большей степени развита теория и практика применения института морального вреда в государствах с англосаксонской системой права, которая применяется в ряде стран, на которые оказали сильное влияние Великобритания и США.

Вред, который был причинен нематериальным благам, мог быть возмещен только тогда, когда он напрямую влиял на имущественную сферу потерпевшего (например, нанесение вреда здоровью неблагоприятно влияло на материальные условия жизни истца: утрачивалась или ограничивалась его трудоспособность, тем самым пропадал источник материальных средств существования человека).

В настоящее время вопросы защиты прав человека и гражданина занимают одно из ключевых мест в России, как демократического государства. Это нашло свое отражение в главном законе страны — Конституции Российской Федерации, в внутреннем законодательстве на международные стандарты в области прав человека. Однако проблем, которые требуют обсуждения, разъяснения и решения, в том числе связанных с честью, достоинством и деловой репутацией, по-прежнему очень много.

Читайте так же:  Срок исковой давности административной ответственности

Еще недавно юристы отмечали, что в практике о возмещении морального вреда за причинение вреда жизни и здоровью сложились определенные традиции в определения размера компенсации. Сумма, которая варьировалась около 100 тыс. руб., считалась весьма значительной и присуждалась, как правило, в связи с причинением смерти близкому родственнику истца. Тяжкое повреждение здоровья оценивалось приблизительно в два-три раза ниже, а легкий вред здоровью — в десять и более раз ниже. Нельзя сказать, что сегодня суммы компенсаций морального вреда стали ближе к европейскому уровню, однако есть примеры из практики, где суммы компенсаций значительно выросли, если сравнивать их с ранее присуждаемыми

В заключение отмечу, что благополучие нашего общества — это не только достигнутый уровень национального богатства, но и качество жизни каждого отдельного человека, в том числе его нравственное благополучие.

В демократическом обществе личность должна учиться иметь собственное мнение, собственное достоинство и собственную честь.

1. Вестник Удмуртского университета, серия Экономика и право, Издательство: Удмуртский государственный университет, 2–1, 2013

2. Эрделевский A. M. Диффамация // Законность. — 1998. — № 12.

3. Актуальные проблемы российского права, Издательство: Московский государственный юридический университет имени О. Е. Кутафина (МГЮА) (Москва), 4(77), 2017

Источник: http://moluch.ru/archive/190/47971/

О некоторых вопросах компенсации морального вреда

(Кулешов Г. В.) («Право в Вооруженных Силах», 2007, N 10)

О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА

Г. В. Кулешов, помощник командира войсковой части 92154 по правовой работе — начальник юридической службы, кандидат юридических наук, подполковник юстиции.

В германском праве компенсация за страдания может присуждаться также в виде периодических платежей. Это делается при тяжком повреждении здоровья, вызвавшем прогрессирующее нарушение жизненных процессов в организме человека. Приведем примеры компенсаций. 19-летний солдат, полностью потерявший зрение во время учений, получил компенсацию 100 тыс. марок и 3 тыс. марок выплат ежемесячно. В пользу 15-летнего школьника, который полностью оглох вследствие заболевания менингитом, наступившего в результате врачебной ошибки, с ответчика была взыскана единовременная компенсация в размере 50 тыс. марок и назначены ежемесячные компенсационные платежи в размере 100 тыс. марок в год . ——————————— Военнослужащий Вооруженных Сил Российской Федерации в данном случае получит, конечно, компенсацию, но ее даже некорректно сравнивать с той, которую получают солдаты вооруженных сил Германии.

Сравнительный анализ п. 1 и п. 2 ст. 150 ГК РФ позволяет сделать вывод, что под нематериальными законодатель понимает неимущественные блага, т. е. блага, не имеющие имущественного содержания. Вполне естественно сделать вывод, что понятие «нематериальные блага» в смысле ст. 150 ГК РФ тождественно понятию «неимущественные блага». Именно так мы будем называть их в дальнейшем для придания более точного смысла применяемой терминологии. Понятие «неимущественный вред» шире понятия «органический вред» и полностью охватывает его. Принимая во внимание применяемую российским законодателем терминологию, можно было бы включить моральный вред в состав неимущественного вреда, если учесть, что отсутствие страданий — это состояние психического благополучия личности, которое в принципе нет оснований не отнести к числу нематериальных благ . ——————————— Там же. С. 33.

Видео (кликните для воспроизведения).

Необходимо отметить, что компенсация морального вреда предусмотрена гл. 8 ГК РФ как способ защиты личных неимущественных благ и применение этого способа направлено на полное или частичное восстановление именно психического благополучия личности, компенсацию негативных эмоций позитивными. Однако умаление психического благополучия личности в отличие от умаления других видов благ всегда вторично, так как является последствием причинения вреда другим благам — как неимущественным, так и имущественным . Другое дело, что правовую защиту путем компенсации морального вреда в качестве общего правила российский законодатель установил лишь для случаев, когда страдания являются последствием противоправного нарушения неимущественных прав или умаления других неимущественных благ. ——————————— Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1990. С. 55.

Безоговорочное отнесение психического благополучия к числу нематериальных благ в смысле ст. 150 ГК РФ означало бы «выхолащивание» ограничений, установленных в ст. 151 ГК РФ в отношении возникновения права на компенсацию морального вреда, который выражается в психических страданиях личности и возникает в случае нарушения имущественных прав. Однако если при этом психическое благополучие относить к числу нематериальных благ, то для защиты их путем компенсации морального вреда ограничений в ст. 151 ГК РФ не предусмотрено. Следовательно, во всех случаях нарушений имущественных прав была бы возможна компенсация морального вреда. В то же время согласно ст. 151 ГК РФ в случае нарушения имущественных прав возможность их защиты путем компенсации причиненных правонарушением страданий должна быть специально предусмотрена законом. ——————————— Ожегов С. И. Указ. соч. С. 55.

В данном случае особенно интересна оценка военным судом искового требования о возмещении морального вреда. По мнению суда, оно было явно завышено . Потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью: он потерял руку. Это произошло с человеком, у которого впереди целая жизнь, проблемы с работой, проблемы с протезом и др. В США, Германии в данной ситуации выплаты составили бы сотни тысяч долларов и марок. И здесь никак нельзя делать скидку на то, что уровень жизни у них выше. Разница в компенсации несоизмерима. Другое отношение к этому и судейского корпуса указанных стран. ——————————— Там же.


Источник: http://center-bereg.ru/e934.html

Ожидания и реальность: компенсация морального вреда в российских судах

Ожидания

Комиссия по вопросам определения размеров компенсации морального вреда при Ассоциации юристов России и Финансовый университет при Правительстве РФ провели социологическое исследование, посвящённое оценке россиянами размера справедливой компенсации за моральный ущерб при нанесении вреда здоровью или потере близких. В опросе приняли участие более 600 человек из 70 городов России. Оказалось, что оценка справедливого возмещения за моральный вред и страдания потерпевших изменяется от 2,55 млн до 17,11 млн руб. (в зависимости от вида и обстоятельств случая).

Средняя оценка справедливого и достаточного возмещения за моральный вред и страдания потерпевших, по мнению россиян, составляет 8,77 млн руб.

При оценке опрошенные обращали внимание на обстоятельства нанесения ущерба, поэтому разброс по размеру компенсации, в зависимости от ситуации, получился значительным. В самую большую сумму респонденты оценивают возмещение морального ущерба в случае гибели единственного ребёнка в семье – 17,11 млн руб., а также в случае тяжёлой травмы с потерей способности к передвижению – 15,63 млн руб. Размер морального ущерба в историях, не повлёкших серьёзного вреда здоровью для пострадавших, оценён в меньшие суммы.

Читайте так же:  Апелляционное определение о восстановлении пропущенного срока

Указанный участниками опроса размер справедливой компенсации сопоставим с компенсациями, которые присуждают в подобных ситуациях в зарубежных юрисдикциях. Так, согласно статистике, российские суды в пользу человека, навсегда лишённого возможности двигаться, взыскивают в среднем 500 000–700 000 руб., но не более €10 000. При этом в Италии компенсации доходят до €2 млн, в Германии, Англии и Франции от €300 000 до €700 000, то есть объём взысканий может различаться в 30–200 раз.

Оценка справедливой компенсации отличается у разных групп населения. Так, мужчины оценивают компенсацию в большую сумму, чем женщины. Люди старше 60 лет склонны оценивать моральный вред в меньшую сумму, чем россияне в возрасте от 18 до 50 лет (7,5 млн руб. против 8,98 млн руб. у респондентов 50–60 лет и более 9 млн у респондентов моложе 50 лет). Фрилансеры и специалисты, ведущие частную практику, а также руководители считают достаточными более высокие выплаты, чем те, кто не занимает руководящих должностей (17–20 млн руб. против 10 млн руб.). Самую скромную компенсацию считают справедливой военные и сотрудники правоохранительных органов (4,56 млн руб.), но и это значительно большая сумма, чем присуждают на практике.

Реальность

Оценки размера справедливой компенсации, данные гражданами, существенно отличаются от того, что в реальности можно получить в суде. Согласно статистике Судебного департамента ВС, средний размер компенсации морального вреда при причинении ущерба жизни и здоровью человека составил 81 707 руб. в гражданских спорах. В рамках уголовных дел суммы взыскиваются выше, но разница не очень значительная, хотя официальной статистики по этому поводу нет.

По статистике Суддепа, за смерть россиянина платят в среднем 111 000 руб., а медианное значение оказывается ещё меньше – всего 70 000 руб. При инвалидности средняя компенсация составляет чуть больше 193 000 руб. (медианное значение – 140 000 руб.).

Основная проблема в России – отсутствие единообразных ориентиров для назначения размеров компенсации морального вреда, признают эксперты. Если на Западе и США есть методика расчёта компенсации, то в России она отсутствует. Результат – практика существенно разнится в зависимости от региона. Разница в присуждённых суммах по схожим делам может различаться в сотни и даже тысячи раз. Результат рассмотрения подобного иска зависит и от судейского усмотрения, и от резонанса вокруг дела. Например, иски пострадавших от пожара в ТЦ «Зимняя вишня», общая сумма которых, как сообщал Следственный комитет, превысила 2,9 млрд руб.

«Основная тенденция в судах, на мой взгляд, это ценовое уравнивание дел и разных ситуаций, немотивированность сумм, нежелание выйти за рамки сложившейся судебной практики. Например, порой сложно понять, почему суд взыскивает за вред здоровью пешеходу, который пострадал по своей вине и грубо нарушил ПДД, сумму, практически аналогичную, что и в случае с травмой на производстве, в которой рабочий совсем не виноват», – говорит Ирина Фаст, председатель комиссии АЮР, адвокат, представитель ЮО Гражданские компенсации Гражданские компенсации Региональный рейтинг × .

Министр юстиции Александр Коновалов, председатель совета судей Виктор Момотов публично высказывались о недопустимости мизерных компенсаций и необходимости перемен (подробнее в материале «В клубе имени Замятнина обсудили вопросы возмещения морального вреда»). Но пока ситуация практически не изменилась.

«Высокие цифры компенсаций – от миллиона рублей – это своего рода подвиг для судьи, особенно в регионах», – признаёт Ирина Фаст.

Она приводит пример: на прошедшем недавно правоприменительном форуме на вопрос из зала про моральный вред и причину мизерных компенсаций был дан ответ, что нельзя взыскивать много, например, с больниц, поскольку это приведёт к их разорению. «Но как тогда быть с людьми, которые на всю жизнь остаются инвалидами или теряют своих близких?» – задаётся вопросом Фаст.

1. Дело из Санкт-Петербурга о врачебной ошибке, решение по которому было вынесено ещё в 2012 году, остаётся рекордным по размеру компенсации морального вреда. С больницы (Первый Санкт-Петербургский Госмедуниверситет им. академика И. П. Павлова) взыскали 15 млн руб. за врачебную ошибку при принятии родов, которая привела к смерти ребёнка и причинению вреда здоровью матери.

2. Компенсация в размере 5 млн руб. была назначена многодетному отцу, жена которого скончалась в результате ошибки анестезиолога при проведении кесарева сечения. Ответчиком по делу стал Родильный дом № 6 им. В. Ф. Снегирева в Санкт-Петербурге.

3. В 1,3 млн руб. суд оценил то, что в Сахалинской областной больнице пациентке удалили здоровую почку. Экспертиза показала, что женщине без достаточных оснований сделали операцию, в ходе которой повредили здоровый орган, который пришлось удалить. Медучреждение обжаловало решение первой инстанции о компенсации в Сахалинском областном суде, но безрезультатно.

4. Апелляционная инстанция изменила решение по делу парализованной на Олимпиаде в Сочи фристайлистки Марии Комиссаровой, проходившей реабилитацию в клинике доктора Евгения Блюма. Девушка потратила на лечение 51 млн руб., но не получила обещанного восстановления и подала в суд. Первая инстанция решила, что достаточной компенсацией для неё будут 40 000 руб. Но в апелляции решили, что справедливая компенсация – 2 млн руб. Также Санкт-Петербургский городской суд оштрафовал клинику на 1 млн руб., но отказал в возвращении потраченных на лечение денег.

5. Показательным является одно из недавних дел, рассмотренных Верховным судом: ВС указал, что если пострадал ребёнок, то компенсацию снижать нельзя, даже если он сам был виноват в произошедшем (подробнее в материале «ВС присудил многомиллионную компенсацию морального вреда»). Определение можно отнести к числу знаковых, поскольку однозначно указано на недопустимость снижения размера компенсации несовершеннолетним при наличии их вины в несчастном случае. Ранее практика складывалась иначе, что приводило к снижению ежемесячных выплат в счёт возмещения вреда здоровью на 50% и даже 90%.

На сегодня комиссия АЮР по вопросам определения размеров компенсации морального вреда разработала первые предложения по методике определения размера компенсаций морального вреда, в основу которой легли требования национального законодательства и зарубежный опыт.

«Мы предлагаем установить базовый размер компенсации для самого тяжёлого, как это признаётся во всех юрисдикциях, случая – для «тетраплегии». Это парализация всех конечностей с сохранением мозговой деятельности, а далее уже к этому размеру применять коэффициенты, учитывающие степень повреждений, вину, обстоятельства случившегося и индивидуальные особенности потерпевшего», – рассказывает Фаст. Для проверки адекватности и разумности предлагаемой методики проводятся опросы как среди населения в целом, так и среди представителей юридического сообщества.

Читайте так же:  Внутренняя ревизионная комиссия

Источник: http://pravo.ru/story/216353/

Моральный вред сша

Вы можете воспользоваться поиском готовых работ или же получить помощь по подготовке нового реферата практически по любому предмету. Также вы можете добавить свой реферат в базу.

УКРАИНСКИЙ INTEL НАГРАДИТ ШКОЛЬНИКОВ И СТУДЕНТОВ ЗА НАУЧНЫЕ ПРОЕКТЫ
О своем намерении поддержать талантливых школьников и студентов заявил украинский офис компании Intel – в уанете появился проект “Интеллектуализация”, в рамках которого идет конкурс лучших практических проектов среди молодежи.
Видео (кликните для воспроизведения).

—>

Моральный вред в российском праве и его зарубежные аналоги

Размер компенсации по Тарифной схеме за вред, причиненный преступлением, зависит от степени тяжести психического расстройства, которое квалифицируется как умеренное (продолжается от 6 до 16 недель), серьезное (от 16 до 26 недель), тяжелое (свыше 26 недель) и очень тяжелое (постоянная утрата жизненной активности). Некоторые особенности присущи английскому праву при решении вопроса о компенсации морального вреда, причиненного диффамацией, т.е. распространением сведений, умаляющих честь и достоинство того или иного лица. Согласно английскому закону о диффамации 1952 г. действия по распространению таких сведений дифференцируются на квалифицированную клевету (libel) и простую клевету (slander). Под первой понимается выраженная в письменной форме, а также в любой иной форме, которая придаёт распространению сведений постоянный характер, простая же клевета выражена в устной или иной форме, придающей распространенным сведениям временный (преходящий) характер.

Квалифицированная клевета составляет самостоятельный состав преступления, в то время как простая клевета может быть уголовно наказуемой в случае сопряжения её с квалифицированной клеветой. Законодательство Великобритании и судебная практика отграничивают диффамацию от простого оскорбления, умаляющего достоинство человека, но не причиняющего вреда его здоровью. В упомянутом выше Законе о диффамации 1952г. введено понятие «невиновная диффамация», ответственность за которую не наступает, если причинитель вреда делает предложение потерпевшему об опровержении распространенных порочащих сведений.

Правовыми способами защиты чести, достоинства и деловой репутации являются судебный запрет и компенсация морального вреда (психический вред в праве Англии и США). К первому суд может прибегнуть в случае, если порочащие сведения не получили распространения, но существует реальная угроза этому. Компенсация морального вреда по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации в связи с исками, вытекающими из диффамации, может быть номинальной (символической), «презрительной» (компенсация в виде порицания истца) и штрафной. Номинальная компенсация в качестве ответственности за диффамацию наступает тогда, когда, по мнению и решению суда, потерпевший претерпел значительные страдания.

«Презрительная» компенсация может иметь место при формальном решении судебного дела в пользу истца, но само предъявление иска считают нарушением нравственных принципов. В остальных случаях судьи взыскивают по рассматриваемой категории дел штрафные компенсации. В последнее время английские ученые-юристы и правоведы-практики, занимающиеся защитой чести, достоинства и деловой репутации, озадачены решением двух проблем: различием в подходах к психическому (моральному) вреду, связанному и не связанному с телесными повреждениями, и определением критериев ограничения ответственности правонарушителя в случаях наступления нервного шока, когда психический вред причиней по неосторожности.

В США существуют некоторые особенности компенсации морального (психического) вреда. В частности, американское право предусматривает денежное возмещение (компенсацию морального вреда) за намеренное или неосторожное причинение сильного эмоционального беспокойства другому лицу. Если моральный вред причинен по неосторожности и сопряжен с тяжелыми повреждениями, он подлежит компенсации.

Однако если противоправное неосторожное поведение причиняет потерпевшему только нравственные страдания, моральный вред, по общему правилу, не подлежит компенсации.

В законодательстве США допускается компенсация морального вреда по причине нарушения договорных обязательств, когда его возникновение было «естественным и предвидимым», а также связанных с ненадлежащим качеством предоставляемых медицинских и юридических услуг [70].

Достаточно распространенными в судебной практике США являются иски о компенсации морального вреда при умышленном его причинении (например, обман, незаконное заключение под стражу, злонамеренное судебное преследование, диффамация, угрозы, сексуальные домогательства и др.). Самостоятельным составом умышленного правонарушения, влекущего за собой компенсацию морального вреда, признаются запугивание и принуждение, не требующие доказывания их умышленного характера. При незаконном увольнении работника компенсация за психические (нравственные) страдания может иметь место в том случае, когда противоправные основания и способ увольнения ограничивают возможности будущего трудоустройства работника.

В американской практике судебного разбирательства дел по искам о компенсации морального вреда нередко возникают проблемы с определением момента начала течения срока давности.

В отличие от российского законодательства, в котором на требования компенсации морального вреда исковая давность не распространяется в случаях использования этого способа для защиты нематериальных благ, в английском и американском праве институт исковой давности применяется к таким требованиям. По общему правилу большинства штатов течение срока исковой давности определяется с момента совершения правонарушения по рассматриваемой категории дел, но в судебной практике установлено правило (в интересах потерпевшего), в соответствии с которым для потерпевшего в ряде случаев причинения морального вреда срок исковой давности определяется с того момента, когда он узнал или должен был узнать (при соответствующей осмотрительности) о причиненном ему вреде. Следует отметить, что в странах континентального права (например, в Германии, во Франции) распространение сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, является прежде всего основанием для применения норм уголовного права.

В отличие от законоположений других европейских стран германское законодательство в этом плане не выработало единого принципа ответственности, характерного для причинения как имущественного, так и неимущественного вреда. Между тем ст. 2 Конституции ФРГ установлено: «Каждый имеет право на свободное развитие своей личности, поскольку он не нарушает прав других и не идет против конституционного порядка или нравственного закона».

Компенсация морального вреда в законодательстве Германии предусмотрена 847-м законоположением Германского гражданского уложения (ГГУ), именуемым «Schmer-zensgeld», т. е. «деньги за страдания» (по аналогии с российским законодательством — «денежная компенсация за страдания»). Под нематериальным вредом в законодательстве ФРГ понимается умаление неимущественных прав и благ, принадлежащих личности. В 847-м законоположении ГГУ объектами правовой защиты путем компенсации за страдания предусмотрены тело, здоровье и свобода. Иными словами, указанная норма прямо предусматривает возможность компенсации за страдания, которые являются следствием нарушения телесной неприкосновенности, причинения вреда здоровью или незаконного лишения свободы.

В ГГУ интересы, защищаемые законом в сфере неприкосновенности личности, за нарушение которых была бы предусмотрена имущественная компенсация, специально не перечисляются. В то же время законодательство устанавливает, что если вред причинен личности, а не имуществу, денежная компенсация может быть получена только в случаях, специально предусмотренных нормами права.

В этом смысле судебная практика также опирается на содержание 823-го законоположения ГГУ, которое гласит: «(1) Кто противоправно, умышленно или неосторожно посягает на чью-либо жизнь, телесную неприкосновенность, здоровье, свободу, право собственности или какое-либо иное право другого лица, тот обязан возместить причиненный этим вред. (2) Равную обязанность несет и тот, кто нарушил закон, направленный на защиту других лиц. Если по содержанию такого закона возможно его невинное нарушение, то обязанность возмещения причиненного вреда возлагается только при наличии вины».

В силу того, что перечень правовых благ в этой норме не установлен, в судебной практике определены и продолжают определяться правонарушения в виде нарушений «всеобщего права личности», порождающие право на компенсацию страданий. К ним, в частности, отнесены: разглашение сведений о частной жизни, нарушение тайны переписки, использование имени другого лица в рекламных целях без разрешения этого лица и т. д.

Источник: http://www.textreferat.com/referat-10796-6.html

Верховный суд меняет практику по возмещению морального вреда

Верховный суд запретил снижать размер компенсации морального вреда без конкретных обоснований. Общих стандартных формулировок для этого недостаточно. Такие указания ВС дал в деле Натальи Зверевой, которая взыскивала 4 млн руб. компенсации морального вреда за смерть своего 37-летнего сына Дмитрия Демидова. Его в 2015 году застрелил из служебного оружия в отделении полиции старший уполномоченный Андрей Артемьев. Как писала «Медуза», сначала полицейский заявил, что Демидов схватил его пистолет со стола и сам в себя выстрелил. Потом Артемьев изменил показания и объявил, что случайно застрелил человека, когда перекладывал оружие из одной кобуры в другую.

Экспертиза показала, что полицейский тогда был пьян. Артемьев страдал от алкоголизма. Это подтверждала справка психолога в материалах уголовного дела. Специалист рекомендовал «жёсткий контроль» со стороны руководства и разъяснительные беседы. В 2013 году Артемьева предупредили о неполном служебном соответствии. По сведениям «Медузы», коллеги застали его пьяным на работе, поэтому им пришлось его разоружать. Тем не менее полицейского не уволили.

А потом Демидов погиб. Артемьева за это судили. Сторона обвинения просила 12 лет лишения свободы за убийство и превышение должностных полномочий. Но обвинение было переквалифицировано на причинение смерти по неосторожности. И в 2016 году Замоскворецкий районный суд Москвы назначил Артемьеву один год и девять месяцев колонии общего режима.

Почему надо конкретно

Компенсацию морального вреда суд тоже значительно уменьшил. Зверева требовала 4 млн руб. и напоминала, что у сына осталась малолетняя дочь. Они заботились о ребёнке вдвоём и жили одной семьёй. Но теперь девочка осталась сиротой, а бабушка – её единственный опекун. Но две инстанции сошлись во мнении, что достаточно 150 000 руб. Такое решение они объяснили общими «штампованными» фразами: размер компенсации «отвечает характеру нравственных страданий, обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости».

Но этого недостаточно, возразил Верховный суд. Нужны конкретные причины, почему суд решил, что 150 000 руб. – это достаточная сумма для матери за смерть сына. Но никаких обоснований со ссылками на доказательства в решениях нет. Как напомнил ВС, в вопросе о компенсации морального вреда следует выяснять, какие физические или нравственные страдания понесли истцы, учитывая обстоятельства конкретного дела. В частности, нижестоящие инстанции проигнорировали вопрос вины работодателя. Материалы уголовного дела подтверждают, что он страдал алкоголизмом, о чём должно было знать начальство полицейского, отмечается в определении № 5-КГ19-207. С такими выводами тройка судей отправила дело на пересмотр в Московский городской суд.

«Нижестоящие инстанции присудили 150 000 руб. вместо 4 млн руб. за смерть близкого, но никак не объяснили этого», – Верховный суд.

По сравнению со многими европейскими странами в России очень маленькие компенсации морального вреда. И суды, по сути, никак не обосновывают снижение. Они используют стандартные фразы и не касаются обстоятельств конкретных дел. Поэтому акт Верховного суда «прорывной». Так считает Ирина Фаст, председатель комиссии Ассоциации юристов России (АЮР) по определению размеров компенсации морального вреда. По её словам, за последние два года Верховный суд несколько раз высказывал позицию относительно размера компенсаций за жизнь и здоровье человека, но не прямо. Здесь же коллегия «прямым текстом» говорит, что снижение размера компенсации никак не мотивировано.

«Очень жаль, что судьи оценивают жизнь человека в 150 000 руб.», – говорит Анастасия Гурина из S&K Вертикаль S&K Вертикаль Федеральный рейтинг группа Управление частным капиталом группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Банкротство группа Семейное/Наследственное право группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 8 место По выручке на юриста (Больше 30 Юристов) 20 место По выручке 26-28 место По количеству юристов Профайл компании × . По её словам, нижестоящие суды не учли, что истица жила с сыном вместе, что доказывает их близкую связь и тяжёлые моральные переживания матери от потери. Кроме того, единственного родителя лишилась малолетняя дочь умершего. Также стоило учесть поведение полицейского. Всего этого нижестоящие инстанции не сделали, как и не объяснили столь резкое снижение выплаты, обращает внимание Гурина.

В судебной практике нет единства относительно размеров компенсаций, констатирует Гурина. В Калининградской области за смерть супруга присудили 300 000 руб. (дело № 33-1723/2019), в ХМАО-Югре – 750 000 руб. (дело № 69-КГ 18-22). Обстоятельства похожи: в обоих делах подтверждены недостатки оказания медпомощи, которые не находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента. Разные суммы по одинаковым категориям дел встречаются даже в пределах одного региона, делится Гурина.

Многие эксперты считают, что нужно установить минимальный размер компенсаций в зависимости от степени физических и моральных страданий. Ещё один возможный способ достичь единообразия практики – это выработать методику определения размеров морального вреда, говорит Фаст. Этим и занимается профильная комиссия АЮР.


Источник: http://pravo.ru/news/217077/
Читайте так же:  Порядок образования комиссии по делам несовершеннолетних
Моральный вред сша
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here